Home История Оболганный Атаман. Фейки прошлого – 380 или 102 000?

Оболганный Атаман. Фейки прошлого – 380 или 102 000?

by admin

Полная и объективная история братоубийственной Гражданской войны в нашем Забайкалье до сих пор, к сожалению, не воссоздана. И поэтому даже сейчас, в преддверии 100-летия окончания этих трагических событий (а некоторые из наших сограждан уверены, и, наверное, не без основания, что эта подлая война, по крайней мере, в думах людских, не окончена до сих пор!), открытым остаётся вопрос – сколько же забайкальцев погибло в этом навязанном им извне яростном противостоянии в 1917 – 1922 годах?
О жертвах «белых» – соратников Атамана Г.М.Семёнова и других вождей контрреволюции, мы, наверное, не узнаем никогда. Точное количество, а тем более установочные данные погибших белогвардейцев и членов их семей, взятых их противниками в заложники, убитых при отступлении «за границу» и на территории давших им приют сопредельных государств уже после 1922 года, вряд ли удастся установить – большевики их уничтожали, как того требовал их вождь В.И.Ленин – «…провести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев, сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города…» и «… расстреливать заговорщиков и колеблющихся, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты.» ( В.И.Ленин, ПСС, М: Политиздат,1967, том 50, страницы 143-144,165), не утруждая себя, как правило, оформлением соответствующей документации на истребляемых. В нашем крае их руки были развязаны ещё и Декретом Центросибири от 8 мая 1918 года, подписанным председателем ЦИК Советов Сибири Н. Яковлевым, изложенным в обращении Центросибири «К трудящимся Сибири!» в газете «Рабочий и крестьянин» от 14 мая 1918 года:
«Настал час открыто и громко объявить всему миру, что Семёнов – враг народа (это сказано в 1918, а не 1937! – В.А.), враг Российской Федеративной Социалистической Республики, и пощады ему не будет! Он вне закона, каждый может пристрелить его на месте, где только встретит. Нет и не может быть пощады и тем, кто тайно или явно содействует Семёнову, его бандам, его наёмникам. Всё их имущество, в чём бы оно не состояло, подлежит конфискации, немедленному отбиранию в пользу Российской Трудовой Советской республики. Все семёновцы, как люди вне закона, подлежат беспощадному истреблению». Этот документ характерен для «красных», ведь не будем забывать, что именно они начали братоубийственную войну с целью насильственного захвата и удержания власти в России, претворяя в жизнь известные любому советскому школьнику слова Владимира Ульянова – «Ленина», выдвинутые им как программный лозунг ещё в августе 1914 года и неустанно повторяемые им вплоть до претворения провозглашаемого в жизнь в 1917 году: «…Превратим войну империалистическую в войну гражданскую!» (В.И.Ленин, ПСС, М: Политиздат,1967, том 26, стр. 32). Все, кто осмеливался противостоять красному революционному насилию и террору, уничтожались беспощадно и сразу, без суда и следствия. Эту оправдавшую себя тактику в борьбе за власть большевики продолжили и после окончания больших и малых боёв Гражданской войны, чему свидетельством объёмистые тома Книг Памяти жертв политических репрессий в нашем крае и Республике Бурятия.
Сопротивляясь таким врагам, «белые», как можно предположить, также могли бы не брать пленных и «освободиться», за ненадобностью, от таких «химер» как «Православная Вера», «традиции», «воинская честь» и тому подобных «пережитков царизма», ведь в гражданских войнах, как показывает историческая практика, побеждает самый последовательный и беспощадный из противников. Но белогвардейцы, в большинстве своём, помня, что они воюют за «единую и неделимую святую Русь», не стали уподабливаться своим врагам – иначе они перестали бы быть «белыми». Опять же, перефразируя в отношении казачества и других приговорённых большевиками к истреблению «контрреволюционных» групп населения страны известное ленинское определение о том, что «… всякая революция лишь тогда чего-либо стоит, когда она умеет защищаться!», признаем же и право на жизнь и свободу тех, кто не захотел покорно подставлять свой затылок под пулю из нагана.
Документы архивов свидетельствуют, что при всех крупных воинских формированиях Белой Армии и органах власти забайкальской белой государственности существовали учреждения юстиции и суда, осуществлявшие свою деятельность на основании законов и постановлений Правительств Верховного правителя А. В. Колчака и Атамана Г.М.Семёнова, в свою очередь, опиравшихся на законы Российской Империи и Российской Республики 1917 года, правопреёмниками которых эти правительства себя считали. Поэтому материалы о привлечении к суду и ответственности противников белых режимов, хранящиеся в наших архивах, позволяют судить о так называемом «белом терроре» довольно объективно. Необходимо отметить, что «белые» суды выносили не только смертные приговоры – по их вердиктам арестованные и пленные нередко освобождались «из-за недоказанности преступлений» или объявленной амнистии. Кроме осуждённых по «политическим» статьям, в материалах судов фигурируют и уголовники – насильники, убийцы и грабители, с которыми обязана беспощадно бороться любая власть. Так, из 132 расстрелянных 6 октября 1919 г. заключённых нерчинской тюрьмы «за большевизм» было казнёно 33 «политических», остальные, в том числе и китайские подданные, были осуждены военным судом, с согласия прокурора, по уголовным статьям за убийства, грабежи и изнасилования.
К десятой годовщине Октябрьского вооружённого переворота, как до 6 ноября 1927 года часто называли в официальных изданиях Великую Октябрьскую Социалистическую революцию, историки-марксисты во главе со своим руководителем, читинцем Минеем Израйлиевичем Губельманом, больше известным под своей партийной кличкой «Емельян Михайлович Ярославский», получили задание назвать имена всех, кто погиб от «белого террора» в годы Гражданской войны, не включая в эти списки павших на поле боя. По результатам выполнения этого задания в отделение Дальистпарта Дальневосточного крайкома ВКП (б) от Читинского окружного истпарта, за подписью уполномоченного П. Окунцова, 22 августа 1927 года был направлен документ под названием «Список растрелеянных по приговору полевых судов в Забайкальской области за время диктатуры атамана Семенова. 1918 – 20 гг.», хранящийся ныне в краевом государственном бюджетном учреждении «Государственный архив Хабаровского края» в городе Хабаровске, фонд П-44, опись 1, единица хранения 505. В нём – 390 фамилий, каждая под порядковым номером, напротив указана дата расстрела (фактически же в списке 380 фамилий, из-за технического пропуска 10 порядковых номеров).


Необходимо сказать об исполнителе этого документа. Павел Андрианович Окунцов (1870 – 1932), возглавлявший на тот момент Читинский краеведческий музей, был опытным историком – архивистом. Получил образование в Иркутской учительской семинарии, обучался в Санкт –Петербурге и Казани. Будучи учителем ряда сельских школ, с 1889 года участвовал в работе нелегальных марксистских кружков, с апреля 1918 года состоял в ВКП (б). Был заместителем председателя Нерчинского (1918) и Амурского исполкомов (1920 – 1921). Являлся одним из организаторов краеведческого движения в рабочих коллективах нашего края. Будучи сам участником борьбы за власть Советов в Забайкалье и на Дальнем Востоке, многих из погибших он знал лично. Поэтому приведённые им сведения вызывают доверие.
Цифра же «сто две тысячи забайкальцев, казнённых семёновцами в годы Гражданской войны», которую, несмотря на открытость архивов и последние исследования в этой области, как некую мантру, продолжают повторять и сегодня некоторые учёные, возникла в конце 1930-х годов, после сплошной коллективизации и периода казней «врагов народа». Она должна была объяснить забайкальцам, почему с лица забайкальской земли в период после 1926 года из 4927 населённых пунктов «исчезли» 2888, вместе с населявшими их людьми.
Восстанавливая имена погибших земляков, мы тем самым восстановим и подлинные события Гражданской войны в нашем крае. И пусть это будет ещё одним предупреждением тем, кто в будущем может попытаться снова прибегнуть к «высшей форме классовой борьбы – Гражданской войне»!

Виталий Апрелков

Автор  благодарит за помощь в подготовке материала  научного сотрудника КГБУ  «Государственный архив Хабаровского края» Елену Григорьевну Ходжер и краеведа Виталия Георгиевича Бурдинского, г. Хабаровск.

Связанные

Оставить комментарий