Home Статьи Русь я не видел

Русь я не видел

by admin

Из Тартарии в Тимутаракань, отец перевез нас в 1975 году.

Это гораздо позже я посмотрел на Русь, когда с турпоездкой проехались мы нашим 9 классом Боковской средней школы, по Золотому кольцу.

Мне не понравилось. Еда негожая, а дявчяты недюжашные. Не берёт за душу ни одно ни другие. Но это позже.

А тогда, в 75 году, батя оставил всё.

Оставил должность старшего мастера-технолога на заводе, «АТЗ», оставил квартиру трёхкомнатную и сытую жизнь.

Подхватил жонку свою и дваёх чадунь.

Подхватил и помчался, как скаженяка, на свою Радину. Казачий Присуд- землю предков. Тоска его замучала. Тартария хуч и не Русь, а южанину земь, не то чо худая, а никакая она – для южанина, взросшего на жардёле, дъ бахчах, на «чернамяске» и калуне в пяче затамлённам.

Взросшему на воле, запахе добрячей лошадюки, стыни правяснёвава ветра- « губана» ды паджидании , когда пасля «яврейских кучек» и говения можна таки и лыснуть штофчик, занюхать гривай лашадячей и вдарить па стяпе намётам.

З гиком, с распахнутой грудью тянуть завертками вясеннюю стынь, сшибать арапникпом яркие луковки яряпьёв. Как прадед, когда – то, шашкой сшибал дурные головы…

Тогда, в 75, я ещё этого всего не понимал. Мне было 5 лет, на мне были гетрачки, сандали, шорты и жабо паверьх крахмальной рубашки. Я стоял в дорожной пыле, напротив меня стояли два местных пацана в загвазданных майках и соплях на босу ногу. Я очень хорошо запомнил этот момент, я помню его до сих пор.Я был в шоке тогда. От станицы мы шли пешком. Колыхалась в знойном мареве далёкая полоска лесополосы. И я канюдил на твёрдое «Г»

– Папа, ну коГда мы дойдём уже?

Сеструха старшая сурово загребала лакированными туфлями дорожную пыль. Ей и вовсе в этом 75году, надо было в первый класс. Но выпускница старшей группы детсада вела себя достойно и стойко. В отличии от меня. Мудрая матушка следовала за отцом. А отец летел вперёд, мотыляя чемоданами.

Я всё это хорошо помню.

Здесь всё было другое. Не так, как я привык. Даже язык иной! Ну, что это за клички?! По проулкам и левадам носились дети – «Дыськи»,«Сиды», «Камалёськи», «Зёзи,»… Два брата – «Мемека Ампа пА» и «Адинец». Верховодил ими «Аника палипон»…

Ну, что это такое, как это всё понять?

А нужно было и жить! Вливаться в ребячий коллектив. А они смеялись над моими сандалетками и гетриками:

– Гуси гогочють, горыд гарить, кажная гадысть на Г Гаварить!..

Тюкали меня все кому не лень.

Боевитая сестра сразу влилась в хуторской коллектив. (У неё уже была «ходка» в хутор – на один год раньше.) Так что, когда родители вернулись за ней, забрать в город, они застали своё чадо, по полдни, одетое в загвазданную ночнушки на босу ногу. Дитя узрила городских, красивенных, дядю и тётю, и изрекла:

– Ой, тётечкя, какия у вас чирички лакярованаи, дюжа гожие! А у мяне свинюга – падла панамку сажрала фчярась. Чоб вана падавилася, курва!

Мама заплакала …

Так что, когда спустя год, мы окончательно возвратились в родной, Батин хутор, моя сеструня даже и не унывала. А мне пришлось себя ставить. Дать по кумполу «Мемеке АМ па пЕ» ( Чоб не абзывалси) па скулЕ «Адинцу». В проулочной иерархии занять второе место. По старшинству.

Жисть хуторская не меды, много хозяйства и труды. Овцы , корова, гуси, индюки. Всё это на детях. Но, с другой стороны, воля и возможность гойдать напропалую до потёмков. А немытые фрукты и овощи дали нам убойный иммунитет. Мы не боимся сквозняков, мы выросли на сквознячке.

Когда в пятую трудовую четверть работали на комбайнах. Зёзи, Мемеки, Палипоны управляли огромными машинами без страха. Соревновались в количестве набитых бункеров. Пока комбайнёры отбивают загонки, можно перекимарить в лесополоске, на сквознячке…

И понеслась жизнь. Хорошая она наука – эта сельская жизнь делает детей самостоятельными. Школа восьмилетка, интернат в станице в 9-10-м классах. Потом институт, армия. Возвращение на Присуд.

Наша борьба за наши обычаи.

Первая публикация, в 23 года, и зразу в граните, на кладбище Боснийского города Вишеград

«не верьте братцы, смерти нет!

Из душ сплетается рассвет…»

Всю свою сумбурную, подчас каламбурную, жизнь я подспудно и в глаза вопрошал отца: Ну нашто ты впёр нас в эти кушири? От спокойной жизни в квартире?

А он отвечал:

– Я там задыхался!

И только совсем недавно до меня дошло, что же сделал тогда, в 75 году мой отец. И за это я кланяюсь ему в ноги и говорю:

– Спаси Христос, батя!..

Давайте же жить и делать так, чтобы однажды наши дети сказали нам:

– Спаси Христос вас бати! За то, что вернули нам нашу Родину! Не побоялись оставить всё! Ради будущих потомств. И землю, омытую кровью наших предков, нам вернули!

Вячеслав Бублеёв

Связанные

1 комментарий

Олег 06.11.2020 - 20:26

Прочёл в яндоксе. Добри ох добри слова. Любо мини.

Ответить

Оставить комментарий